БлогСергей Лукьянов

Пасха. Контуры будущего

«Есть ли в моей жизни такой смысл, который не уничтожался бы неизбежно предстоящей мне смертью?»

Лев Толстой «Исповедь»

Авторы Нового Завета уделяют огромное внимание пасхальным событиям — гораздо больше, чем рождественским.

Но так сложилось в наших культурах, что праздник Рождества почему-то стал важнее Пасхи, хоть это противоречит тем акцентам, которые расставляет Новый Завет.

Проблема в том, что наши песни, наши молитвы, то как мы «голосуем ногами» относительно собраний — это отражение действительности, в которой верующие выстраивают здание своей надежды на основании праздника Рождества.

Но я хочу, чтобы вы знали, что это здание простоит недолго.

Учитывая, сколько внимания уделяет Новый Завет событиям и идеологии воскресения, Пасхаэто эпицентр Евангелия и сущность всего.

Пасха — это эпистемологический переворот!

Если в нашей картине мира воскресение Иисуса из мертвых не занимает должного (центрального) места, то у нас не остается (в буквальном смысле)  практически ничего!!!

Если исключить из Библии повествования о рождении Иисуса, мы потеряем две главы Евангелия от Матфея и две главы Евангелия от Луки. Но если устранить тему воскресения, мы утратим весь Новый Завет.

Возможно, моё предположение вызовет недоумение и осуждение моих братьев «по оружию», но я все же выскажусь — доктрину оправдания по вере можно было придумать,  спасение просто пообещать, и даже умереть на кресте вполне реалистично, но воскреснуть из мертвых — это разговор высшего уровня. Вот почему воскресение Иисуса стоит в центре Евангелия.

Но из-за смещенных акцентов многие из нас толком не знают, как выглядят контуры нашего будущего. Что ждет нас после смерти и в чём надежда упования?

****************

1.Как формируется наше мировоззрение?

Мария Шрайвер, экс-жена Арнольда Шварценеггера, племянница Джона Кеннеди, выпустила детскую книгу «Что такое небеса?».

В книге много красивых иллюстраций с белыми облаками на фоне голубого неба.

«Небеса — место, в которое ты веришь… прекрасное место, где можно сидеть на мягких облачках и разговаривать с людьми, которые тут оказались. Ночью можно сидеть прямо около звезд, которые тут светят ярче, чем в любом другом месте вселенной… Если ты делал добро в своей жизни, ты попадешь на небо… Когда закончится твоя жизнь тут, на земле, Бог пошлет ангелов, чтобы они отнесли тебя на небеса, чтобы ты был рядом с ним…».

Подобного рода идеи мы слышим всякий раз, когда приходим на похороны, а также такую картину родители рассказывают своим  детям, когда пытаются объяснить им небесную жизнь.

«О дом небесный, где быть желаю,

Туда стремлюсь я, чтоб вечно жить;

Там буду Бога я вечно славить

И в свете чудном Христу служить».

(Песенник «Возрождения» №514)

Таких песен и стихов христианской самодеятельноститонны! Я не стану перечислять их все, поскольку не хватит места. Откройте христианские стихи и песенники — вы все увидите сами!

Многие христиане считают, что небеса — это конечная станция, куда устремляется бессмертная душа человека, желающая поскорее покинуть смертную, тленную, бренную плоть… Я называю это «небесным христианством».

Библия никогда не учила этому! Это искаженная версия великой надежды.

Многие тексты Писания мы воспринимаем через призму «небесного» христианства, в то время как авторы Нового Завета утверждают обратное

Путаница в отношении жизни после смерти размывает контуры христианской надежды.

Платон

А началось всё с наследия великого Платона.

Платонизм (неоплатонизм) заключается в том, что всё материальное бренно и тленно, поэтому не заслуживает доверия, а всё духовное — вечно.

Следуя этой философии, человек ждёт, чтобы вечная душа освободилась из темницы физической плоти.

Идеи Платона находили своё развитие и в умах христианских мыслителей, которые всё больше и больше рассуждали о загробной жизни как о вечном существовании на небе.

Монашество

Монашество (при всем уважении к нему и к его интеллектуальному наследию) как явление, полностью соответствует идее неоплатонизма.

Платонизм ни плох, ни хорош — это исключительно греческая картина мира. В этой картине мира есть рациональное зерно, помогающее человеку сфокусироваться на поистине важных ценностях.

Но! При всём этом, это мировоззрение чуждо Библии.

Данте

В средние века эти идеи старательно изобразил в своих картинах Данте, который живописал загробный мир — ад, в котором мучаются грешники, и рай, в котором верующие парят в воздухе. Именно его произведения по сей день влияют на восприятие загробной жизни западного человека.

В общем, корни наших представлений находятся в окружающей нас культуре, что и породило околохристианские представления в вопросе жизни и смерти.

Ранняя церковь

Воскресение из мертвых было главной основой надежды ранней церкви.

Первые христиане верили не просто в некую абстрактную форму жизни после смерти.

Действительно, души верующих уходят на небо, но небесная жизнь — временное пристанище до наступления окончательного воскресения тела.

Все ждали воскресения в последний день!

Иисус и разбойник

Когда Иисус говорит разбойнику, что тот ныне будет с ним в раю, но этот «рай» не место  окончательного предназначения (как ясно показывают события последующие за этим разговором), ведь Иисус не остался в раю с разбойником, Он вышел из гроба и пришел в мир!

«Рай» — это удивительный сад, где христианин может отдохнуть до своего воскресения.

Обители Иисуса

Когда Иисус говорит: «В доме Отца Моего комнат (обителей) много…» (Ин. 14:2). Он использует слово «μονή», одно из значений которого «временная остановка».[1]

Несравненно лучше

Когда Павел говорит: «Разрываюсь между двумя желаниями. Хочу уйти из этого мира и быть с Христом. Это лучше — и намного!» (Фил. 1:23). Он и в самом деле думает о блаженной жизни с Господом сразу после смерти, но это только прелюдия к воскресению, потому что дальше в этом послании он ставит цель «…в надежде, не достигну ли както и я воскресения мертвых» (Фил. 3:11).

Войти в Царство

Словосочетание евангелистов (в частности Матфея) — «войти в Царствие Небесное» мы воспринимаем через призму «небесного» христианства, в то время как речь шла о воссоединении неба и земли!

У престола

Небесные панорамы в Откровении также понимаются неверно.

Главы 4 и 5, где двадцать четыре старца кладут свои венцы к ногам Бога и Агнца, изображает не последний день, когда все искупленные наконец оказались на небесах, а это образ нынешней реальностинебесное измерение настоящей жизни.

Небеса в Библии — это не будущее нашей надежды, но параллельное измерение обычной жизни, можно сказать, Божье измерение.

Увидимся в «вечности»?

Иногда мы говорим загадочное слово «вечность». «В вечности первые тысячу лет буду высыпаться…», — говорил один мой знакомый. Но, опять же, что такое вечность? По умолчанию, это небеса.

Последствия размытости

Подобная путаница приводит к тому, что христиане

Во-первых, неверно воспринимают свою роль в земной жизнипоступать, развиваться, создавать семью, работать — по их принципу, это всё не имеет значения, всё это не духовно, и всё это суета! Ведь всё самое хорошее будет только после смерти или после пришествия Иисуса Христа.

Во-вторых, такая картина мира является инструментом манипуляции в руках корыстных людей.

Карл Маркс и его последователи считали, что угнетатели используют веру в загробную жизнь, чтобы дурманить народные массы и пользоваться их благами.

В одном из своих трудов Маркс пишет: «религия — опиум народа».[2]

Его мысль подхватил Ленин[3]:

«Того, кто всю жизнь работает и нуждается, религия учит смирению и терпению в земной жизни, утешая надеждой на небесную награду. А тех, кто живёт чужим трудом, религия учит благотворительности в земной жизни, предлагая им очень дешёвое оправдание для всего их эксплуататорского существования и продавая по сходной цене билеты на небесное благополучие. Религия есть опиум народа. Религия — род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свой человеческий образ, свои требования на сколько-нибудь достойную человека жизнь».[4]

Кстати, эта же идея хорошо иллюстрируется в трилогии молодежного кино «Голодные игры. Сойка пересмешница».

2. Есть ли у нас бессмертная душа?

Опять же, с подачи платонизма, многие верующие считают, что у нас есть «души», как отдельно существующая субстанция, которые нужно «спасать».

Отсюда традиционно евангелизационный вопрос: «где будет проводить вечность твоя душа?».

Но такое понимание ни Ветхий, ни Новый Заветы никак не поддерживают.

Терминология

Слово «душа» (евр. «נפֶש» и греч. «ψυχή») повторяется более 700 раз в Ветхом Завете и более 100 раз в Новом.

Слово «душа» по сей день несёт на себе тонны багажа греческой философии.

Согласно платонизму «душа» — это отдельная бессмертная и духовная составляющая человека, которая временно заключена в его теле.

Но это абсолютно чуждое понимание для Библии.

Буквально слово «נפֶש» значит «горло». Когда евреи голодали в пустыне, они говорили: «…душа наша изнывает… (Чис. 11:6).

Более того, слово «נפֶש» указывало не на часть человеческой сущности, а на всю его сущность.

«נפֶש» и есть человек! Именно так исчислялись люди (Быт. 46:15), именно этого желали  и древниежить в теле и славить Бога (Пс. 118:176).

В Библии люди не имеют души — они и есть душа!

Коль это так, то, согласитесь, логичнее ожидать воскресения из мертвых, то есть восстановления физического тела.

3. Как выглядят контуры нашей надежды?

Понимание первых христиан о загробной жизни человека находится на иудейской карте, а не на языческой.

Все основные контуры нашего будущего и будущего всей земли отчетливо просматриваются в воскресении Иисуса.

Иисус воскрес физически. Он убеждал учеников прикоснуться к Нему, ел на их глазах и даже пил вино. Его тело обладало уникальными способностями.

Из факта воскресения вырисовываются пять важных контуров.

Мы воскресли духовно (Рим. 8)

«Итак, тем, кто соединен с Христом Иисусом, теперь не грозит обвинительный приговор, ведь закон Духа, дающий жизнь в единении с Христом Иисусом, освободил тебя от закона греха и смерти» (Рим 8:1-2).

Если до этих слов Павел стенал в своем смертном теле, то есть от жизни подчиненной Закону и его смертельных последствий, то теперь он говорит о свободе «закона греха и смерти».

В этом и есть сущность духовного воскресения. Это новая реальность и данность Нового Завета для всех, кто уверовал в Иисуса Христа.

После смерти мы идём на небо (Фил. 1)

Много о промежуточном состоянии Новый Завет не говорит. Мы уже упоминали о некоторых штрихах, которые есть в Новом Завете:

«Разрываюсь между двумя желаниями. Хочу уйти из этого мира и быть с Христом. Это лучше — и намного!» (Фил. 1:23).

«Обещаю тебе, сегодня же будешь со Мной в раю», — ответил ему Иисус» (Лк. 23:43).

Важно отметить, что бесплотное состояние человека в промежуточном состоянии — это не полноценное его состояние.

Во 2Кор 5 главе Павел рассуждает, что остаться без тела, то же самое, что ходить обнаженным

Мы воскреснем физически (Рим. 8)

«И если Дух Того, кто воскресил Христа из мертвых, живет в вас, Тот, кто воскресил Христа из мертвых, оживит и ваши смертные тела Своим Духом, живущим в вас!» (Рим. 8:11).

Воскреснуть физически — это наша конечная цель. К этой цели стремился Павел «…в надежде, не достигну ли как-то и я воскресения мертвых» (Фил. 3:11).

С одной стороны, наши тела будут напоминать старые, с другой — отличаться от них. Это тело будет обладать новыми качествами.

Физическое воскресение влечет за собой логичную среду обитания в новых телах — новый мир, поэтому…

Мир воскреснет (Рим. 8)

Первые христиане ждали не только своего воскресения, но и обновления всего творения.

«Ведь все мироздание с нетерпением ждет, когда Бог открыто явит Своих сынов (оно не исполняет своего предназначения не по собственной вине, а потому что такова была воля Бога), в надежде на то, что оно, само мироздание, станет свободным от рабства у гибели и разделит свободу и славу детей Божьих. Ведь мы знаем, что все мироздание стонет и мучится до сих пор, как при родах» (Рим. 8:19-22).

Вместо привычного «гори оно все синим пламенем», на самом деле мир воскреснет так же, как воскреснем и мы.

Евангельско-славянское христианство, в силу гонений, восприняло лишь один аспект грядущего Царстваразрушение.

Но Библия много говорит о восстановлении творения в своём первозданном дизайне. Это приводит к ещё одному логичному последствию.

Эсхатология сотрудничества

Веру и практику первых христиан практически невозможно объяснить без воскресения Иисуса из мёртвых.

Первые христиане были абсолютно убеждены, что Бог привлёк их к взаимодействию с Ним и подарил силу Святого Духа, чтобы нести ценности Евангелия и воскресения в окружающий мир, таким образом, христиане как бы предвосхищают грядущее воскресение как в личной и в общественной жизни, так и в своей миссии и праведности.

Все начинается с общины, в которой каждый стремиться воплотить ценности воскресения, начиная с себя и заканчивая взаимодействием с окружающим его миром.

Наилучший пример такого сотрудничества — Колоссянам 3 глава, где центрические круги воскресения становятся все шире:

  • Христианин и Христос
  • Христианин и другие христиане
  • Христиане и семья
  • Христиане и работа
  • Христиане и внешний мир

****************

Тим Келлер: «Каждый год на Пасху я произношу проповедь о воскресении. В ней я неизменно объясняю моим скептически настроенным нерелигиозным друзьям: даже если они не в силах поверить в воскресение, в их интересах хотеть, чтобы оно было правдой. Большинству этих людей глубоко не безразлична справедливость, защита бедных, искоренение голода и болезней, забота об окружающей среде».[5]

Ведь все мироздание с нетерпением ждет, когда Бог открыто явит Своих сынов (оно не исполняет своего предназначения не по собственной вине, а потому что такова была воля Бога), в надежде на то, что оно, само мироздание, станет свободным от рабства у гибели и разделит свободу и славу детей Божьих. Ведь мы знаем, что все мироздание стонет и мучится до сих пор, как при родах (Рим. 8:19-22). Вся социальная и общественная активность христиан — не что иное, как рефлексия на самое потрясающее событие всех веков — Иисус восстал из мертвых и принесёт с собой восстановление всего творения. Этот мир не безразличен Богу! Поэтому, между первымвоскресением и будущим находимся мы — христиане, призванные отражать свет грядущей славы! Это и есть вызов новоготворения, ведь старое прошло, теперь все новое!


[1] The Bible Zoom Lexicon — John 14:2

[2] Карл Маркс цитата из труда «К критике гегелевской философии права»,

[3] «Религия есть опиум народа, — это изречение Маркса есть краеугольный камень всего миросозерцания марксизма в вопросе о религии. Все современные религии и церкви, все и всяческие религиозные организации марксизм рассматривает всегда, как органы буржуазной реакции, служащие защите эксплуатации и одурманению рабочего класса» («Социализм и религия» // Ленин В. И. Полн. собр. соч., 5 изд., т. 12. — С. 142—147).

[4] «Об отношении рабочей партии к религии» // Ленин В. И. Полн. собр. соч., 5 изд., т. 17. — С. 415—426.

[5] Тимоти  Келлер. «Разум за Бога: Почему среди умных так много верующих», стр. 472